А.Е.К. Князь Меншиков в турецком диване (госуд. сов.) // Русская старина, 1907. – Т. 132. – № 10. – С. 152.

 

 

 

Князь Меншиковъ въ турецкомъ діванѣ (госуд. сов.).

 

Въ самомъ началѣ пятидесятыхъ годовъ императоръ Наполеонъ III, задѣтый лично императоромъ Николаемъ І-мъ, началъ вымѣщать свои обиды вмѣшательствомъ въ наши отношенія къ Турціи и вообще въ наши дѣла на Востокѣ. — Видя, что султанъ, въ переговорахъ о гробѣ Господнемъ, проявляя массу двуличія, становится скорѣй на сторону Франціи, Императоръ Николай назначилъ въ Константинополь чрезвычайнымъ посломъ и полномочнымъ министромъ князя Меншикова, — которому личными инструкціями Царя вмѣнено было въ обязанность съ особой внимательностью слѣдить на мѣстѣ за ходомъ отношеній турецкаго правительства къ иностраннымъ державамъ, вести своевременно переговоры и направлять дѣла по-своему т. е. въ интересахъ Россіи.

Князь Меншиковъ сразу убѣдился въ неискренности турецкихъ министровъ и даже самого султана; поэтому, твердо зная вообще, какъ слѣдуетъ обращаться съ восточными людьми, принялъ въ своихъ отношеніяхъ съ представителями турецкаго правительства тонъ крайне рѣзкій, безцеремонный, грубый, a вмѣстѣ съ тѣмъ презрительно-насмѣшливый.

Султанъ Абдулъ Меджидъ, желавшій возможно тщательнѣе скрыть свою въ данномъ дѣлѣ недоброжелательность къ Россіи, боялся, какъ бы его сочувствіе Франціи не было обнаружено кѣмъ бы то ни было ранѣе, чѣмъ онъ могъ бы найти это нужнымъ. — Обезпокоенный обращеніемъ и поведеніемъ кн. Меншикова, онъ не одному министру задавалъ вопросъ: не чувствуетъ ли посолъ, что мы поддерживаемъ Наполеона? Приближенные его успокоивали тѣмъ, что тутъ дѣло не въ политикѣ, а въ характерѣ и въ воспитаніи и Меншикова — больше ничего, въ политикѣ же все идетъ гладко, потому что все шито, крыто. — Султана особенно безпокоило то обстоятельство, что кн. Меншиковъ, входя въ диванъ, гдѣ прѳдсѣдательствовалъ самъ Абдулъ Меджидъ, никогда не давалъ себѣ труда поклониться его величеству. Хотя великій визирь и министръ подводили и эту выходку подъ одинъ уровень, т. е. приписывали происхожденіѳ ея невоспитанности и необузданности посла, но они, конечно, понимали, что гораздо обстоятельнѣе было бы какъ-нибудь заставить Меншикова кланяться при входѣ въ госуд. совѣтъ.

Подойдя къ дивану послѣ праздниковъ Рамазана, т. е. послѣ довольно продолжительнаго промежутка времени, кн. Меншиковъ, къ большому удивленію своему, увидѣлъ входную въ залъ засѣданій дверь переделанною такимъ образомъ, что съ его очень высокимъ ростомъ нельзя было войти въ нее иначе, какъ наклонившись, т. е. необходимо было при входѣ держать корпусъ и голову въ такомъ положеніи, которое султанъ несомнѣнно долженъ быль бы принять за поклонъ. — Не долго думая, князь повернулся задомъ къ двери и, нѣсколько присѣвши въ колѣняхъ, вошелъ спиной къ засѣдавшимъ, а следовательно и къ султану.

Такъ хитроумнымъ, искусившимся въ шарлатанствѣ министрамъ падишаха не удалось ни перехитрить находчиваго русскаго посла, ни обмануть своего повелителя.

 

Сообщ. А. Е. К.