Август Голштинский. Письмо принца Августа Голштинского с замечаниями императрицы Елизаветы и канцлера гр. Бестужева-Рюмина [от 22 июня 1748] // Русский архив, 1863. – Вып. 12. – Стб. 907-910.

 

 

Письмо принца Августа Голштинскаго с замечаниями императрицы   Елизаветы   и канцлера гр. Бестужева-Рюмина.

 

Известно, каким влиянием на дела пользовался при императрице Елизавете канцлер Бестужев-Рюмин; но до сих пор мало сведений о личных отношениях этого министра к императрице, а также и о решениях ея на его доклады. Письмо принца Августа, находившагося в полной зависимости от русскаго двора, писано 22 июня (1 июля) 1748 г. из Киля, и потом в руском переводе представлено императрице с мнением канцлера, с которым, впрочем, она не нашла возможным согласиться, что и выражено ею в собственноручной надписи.

С тех пор, как голштинский герцог, внук Петра великаго, сделан был наследником Русскаго престола, судьба маленькой Голштинии окончательно привязалась к России, и целыя толпы Голштинцев стали наезжать в Петербург, отыскивая счастия и добывая Русских денег. Епископ Любский Принц Август, младший из дядей Екатерины ІІ-й, довольно часто являлся в Россию. В первый он приезжал в начале 1744 года показывать импер. Елизавете портрет своей племянницы (работы художника Pesne, где он, нам неизвестно), когда 15-ти летняя Екатерина гостила в Берлине и готовилась быть Русскою великою княгинею (Herrmann, Gesch. des russ. Staats, ч. V, стр. 70). Потом он прожил у нас два года сряду (1145 —1747), с целью получить в свое управление Голштинию, под именем великаго князя Петра Федоровича, и оба раза находился в полной зависимости от Бестужева. Импер. Екатерина несколько раз упоминает об этом принце в своих записках, и ея мнение о нем совершенно сходно с отзывом императрицы Елизаветы. (Memories de Catherine II, стр. 32—35, 77 и др.) Он совсем обжился при дворе Русском и вероятно уже не желал ехать обратно, но подозрительный Бестужев отправил его управлять Голштиниею, при чем ему дали алмазные знаки св. Андрея и 25 тысяч рублей на дорогу. (Herrmann, стр. 111). Впоследствии Екатерина предоставила ему герцогство Олденбургское (1777). Он ум. в 1785 году.

 

 

907

 

Письмо Принца Августа.

Пред некоторыми неделями королевско-датской камергер Герц мне следующее, неожиданное предложение для дальнейшаго моего изъяснения учинил, а именно: что постановляемое с королевски-датскою принцессою Луизою супружество легко состояться могло б и мне весьма полезно было б, ежели только я потребныя к тому старании откладывать не стану и прочее. На сие прерожение я подлинно мало атенции возъимел бы, ежели б меня сей человек притом же не удостоверил, что он о сем деле с оберъгофъмаршалом Молтке (с боку: NB. Сей Молтке великой у короля фаворит, и король во всем доверенность к нему имеет) корреспонденцию производит, который у его величества короля в весьма великой знатности находится. А между тем я однакож единственно только в генеральных терминах следующим образом изъяснился, что я к супружеству не склонен (sic) и счастливым себя поставлял бы с столь знатным домом таким образом в союз вступить, и для того я о предложении зрелое разсуждать стану, и что многия важныя обстоятельства препятствуют мне ныне ближае изъясниться. И понеже я весьма знаю, что я в негоциации о таком деле ни малейшаго поступка учинить не могу, разве оный от щедрейших сентиментов и всемогущаго вспоможения ея императорскаго величества славы достойнейшей монархини (которой я, яко единственному источнику моего благополучия, ежечасно с глубочайшим благоговением к стопам се-

 

 

908

бя подвергаю) дозволен и определен будет. При том же я всемилостивейшие сентименты его императорскаго высочества, яко безпрекословныя повелении, почитать должен. Того ради персональная моя доверенность к щедрой вашего высокографскаго сиятельства склонности побуждает меня вам сие произшествие точно объявить и открыть и вашего совету покорнейше испросить. Я никому иному ни здесь ниже в Санкт-Петербурге о сем предложении, яко о таком деле, которое до управления здешних земель не касается, объявить не мог ниже хотел.

И тако, ежели ваше высокографское сиятельство сие дело при нынешних конъюктурах за пристойно и полезно не изобретение, то оное с того часа совершенному забвению предано быть имеет. А ежели б некоторая возможность въ сем деле была, то я при попечении, содействии и великодушии вашего высокографскаго сиятельства наисчастливейшим и безопаснейшим себя признаваю, о оным с искренною откровенностью совершенно себя предаю. Ваше высокографское сиятельство да соизволите благосклонность мне показать и сие в разсуждение принять: может ли такое супружество учиниться, не противно ли интересу его императорскаго высочества и сходно ли с моим благополучием? Мудрое ваше решение мне во всем приятным правилом быть имеет. А понеже между тем такия представлении инфлюенцию свою в моем сердце имеют и мысли упражняют, то ваше высокографское сиятельство да соизволите оное за натурально склоннейше признать и меня толь скорое ответом удостоить. Август.

 

 

909

 

Мнение  канцлера гр. Бестужева-Рюмина.

По слабейшему мнению, сие не токмо всевысочайшим ея императорскаго величества интересам не противно, но паче полезно быть может, ибо, первое, Дацкой король сестру свою всемерно в том виде за него отдает, что надеется по смерти короля Шведскаго и по вступлении в сие достоинство нынешняго короннаго наследника, ему, принцу Августу, яко уже коадъютору, Любское епископство с помощию ея императорскаго величества противо чинимаго иногда с Прусской стороны оспаривания доставить. Второе, Дацкой король тем в некоторое спокойство с ея императорским величеством вступит и толь лучше согласно противу Шведов поступать станет. А наконец гораздо лучше, чтоб принц Август Дацкую принцессу имел, нежели б, чтоб король Прусской на своей сестре его женил. Только ж все сие на всевысочайшее, премудрое и проницательное ея императорскаго величества благоразсуждение всенижайше предается, а между тем слабейше мнится, что тем и медлить не надобно, паче не повелено ли будет и здесь Дацкому министру Шезу внушение о том учинить.

 

Собственноручная приписка ими. Елизаветы с сохранением ея орфографии.

«А мое мнение такое: понеже дело деликатное что надлежит подумать, понеже сей принц нам снающ, что весма его не трудно на все стороны склонить, что нет ли тут интрихи прускои (зачеркнуто: «и дац.») и францускои,   чтоб  тем, как   он родной

 

 

910

брат коронному наследнику шведскому, чтоб и данию от нас от союса отвлещи, и им столь лехчеи, что противу одной корони баранится и для того всемерно подумать о сем надлежит, и не худо коли б вы сами к нам приехали, то луче о сей материе поговорим.» (*)

(*) Опасения имп. Елизаветы оправдываются тем, что, доставив Шведское наследие старшему брату принца Августа, она однако имела в нем почти явнаго врага. Эта заметка свидетельствует, что имп. Елизавета Петровна не вовсе же чуждалась занятий государственными делами, как у нас думают. Смот. Записки Шаховскаго, ч. 2-я. Что касается до брака принца Августа с Датскою принцессою, то оный, сколько известно, не состоялся. Тогда родственныя связи между государями имели еще важное политическое значение, и часто заключались дапломатическия бракосочетания.